"Она стильная и уверенная в себе, она сыплет цитатами из Лопе де Веги и латыни, она - это сплав потрясающей женственности и твёрдости характера, удивительной открытости и откровенности при беседе и в то же время какой-то недосказанности, она - это редкое сочетание ума, артистизма и женского кокетства.  Она стройна и изящна, но у вас язык не повернется назвать ее хрупкой, ибо в ней прослеживается удивительная сила духа. Она курит "Кент" и пьёт кока-колу, одновременно разговаривая с нами на базе коллектива в ДК "Серп и молот", разруливая своих подопечных и отбиваясь от пиликанья мобильного телефона, и вы чувствуете себя так, словно знаете этого человека много лет, но он никогда не подпустит вас к себе на близкое расстояние. Это та самая золотая середина, которую - увы - так редко можно встретить. Давайте попробуем узнать ее поближе - настолько, насколько она нам это позволит.  Её зовут Полина Меньшихона  - основатель и руководитель студии ""Lege Artis"" и человек, пообщавшись с которым вы надолго остаётесь под впечатлением.

 

 

 

Сноски к тексту находятся здесь.

Фотографии Полины Меньших - здесь.

***

Какие требования к физической форме танцоров Вы предъявляете?

Полина Меньших: Занятия проходят таким образом, что физическая форма формируется сама собой, потому что я преподаю не по ирландской методике, а по российской. У меня методика отличается от традиционной ирландской. Я сама профилирующий народник. Любой народный европейский танцевальный материал ложится в общепринятую схему классического  танца. Поэтому у меня люди достаточно быстро по этой схеме обучаются тому, на что у ирландцев уходят годы. Я просто знаю такой пример. Маша Сингал  рассказывала. Она семь лет оттанцевала в ансамбле "Калинка" - а это очень сильный полупрофессиональный коллектив, мои однокурсники в институте в нём танцевали, так вот, она приехала в Ирландию и ждала, пока ее примет педагог. Какая-то девочка в углу что-то отрабатывала, Маша спросила:"Что ты делаешь?", та ей показала, и Маша через пять минут это повторила. У девочки округлились глаза, она сказала, что училась этому десять лет, а тут приехала какая-то  неизвестная девушка и сразу так сделала.


Каковы физические нагрузки? Должно ли быть у танцоров специальное питание?


ПМ: Если кому-то надо худеть, я говорю, как это надо сделать, чтобы не посадить себе здоровье. Я предупреждаю: "Ребята, если вы сюда пришли, у вас будут болеть ноги". Вскрываются такие жуткие вещи - у кого-то колени летят, у кого-то другие болезни обнаруживаются, через это надо пройти. Это как ломка. Ирландский танец - это как наркотик. Только там вначале подсаживаешься, потом ломаешься, а здесь вначале ломаешься, потом подсаживаешься. Надо в первые три-четыре месяца переломаться, потому что очень сильно болит все, что находится от колен и ниже. Очень много техники, очень много прыжков, и все на высоких полупальцах, это бесконечно работает стопа. Я сама через это прошла, будучи уже профессиональной танцовщицей, артисткой балета. У меня у самой эти мышцы не были так задействованы. Так что это нормально. Привыкаешь, а потом все это сходит постепенно на нет.

Исходя из этого, вот такой вопрос. К вам приходит много людей, но они, наверное, не все попадают сюда?

ПМ: Все абсолютно.

А потом кто-то отсеивается?

ПМ: Вы будете смеяться, но у меня солист по физическим балетным меркам - человек без данных. Балетных. Но он очень танцевальный, артистичный, актер драмы. И он не один такой. И на самом деле, людей без данных, без физических, у меня выше крыши. Но я считаю, что танцевать может любой. А потом, это самодеятельность, это не профессиональный коллектив. Тут не выбирают, есть ли у человека выворотность стопы, нет ли. У нас нет такого отбора. У нас естественный отбор, как у Дарвина. Выжил - хорошо, не выжил - что я могу сделать? Все в ваших руках. Или ногах.

Приходят ли к вам те, кто вообще никогда не занимался?

ПМ: Да, и танцуют, и в репертуаре заняты, причём активно заняты! Таких людей подавляющее большинство.


Расскажите нам, пожалуйста, о Вашем образовании, так сказать, творческую биографию.


ПМ: У меня вообще очень длинная биография. Я училась в студии Геннадия Васильевича Ледяха - с
ейчас она стала хореографическим училищем , потом я уехала в в хореографическое училище в Воронеже, потом я много работала заграницей, приехала и поступила в Институт Культуры на кафедру хореографии и закончила его успешно. После чего я стажировалась в театре Станиславского и Немировича-Данченко в качестве артистки балета. Я тогда уже начала работать в Лицее современного искусства, где познакомилась с Ольгой Логвиной, она меня втащила в эту авантюру. Я начала танцевать ирландские танцы в Slua Si, потом подумала - а почему  бы мне собственно... На самом деле я всегда хотела быть именно балетмейстером. Я очень люблю танцевать, мне самой это очень нравится, но для меня "всё это азбука, сеньоры, для тех, кто любит и желает". Это, действительно, азбука. Для меня это ступень, чтобы на этом сочинять и творить что-то своё. И вот таким образом я сейчас имею свой коллектив, свою творческую лабораторию вот уже три года. И могу сказать, мы счастливы вместе.


А дальше какие планы?


ПМ: Я буду делать шоу, я буду делать много разных танцевальных шоу, и не только на ирландском материале.


А сейчас, в основном, ирландский материал?



ПМ: Сейчас - да. Это и модно, и я этот материал на самом деле очень люблю. У меня был шок, когда я это первый раз увидела, еще учась в институте. Пришла однокурсница и говорит: "ПОЛЯ! Ты должна это видеть! Девочка на полупальцах прыгает под потолок без рук!"
(т.е. прижав руки к телу). Для артистки балета это нонсенс, это ненормальность, как это без рук прыгать под потолок на полупальцах?!


Это был "Riverdance"?


ПМ: Да, это была видеозапись
номера, который  они танцевали на конкурсе Евровидения. Мы перематывали одно и то же с отвисшими челюстями и орали, что нам надо в булочную идти работать, нам в хореографии делать нечего! Потом, когда я попробовала, оказалось, что это безумно удобно. Причем я испанистка, я 15 лет занимаюсь испанским танцем классическим, где руки, голова, корпус, спина - совершенно все по-другому. Но мне было очень удобно танцевать ирландский материал, и я в этом находила большую радость и нахожу до сих пор. Это здорово, когда джигой несешься на заходящее солнце. Красиво.


Милица А. :А какое вы шоу планируете?

ДД: Я думаю, в Олимпийском...


Просто когда вы говорите о шоу, мы сразу представляем себе ... Feet of Flames! (вместе).


ПМ:(смеется). Нет, ну любой спектакль - это шоу. У меня уже есть один спектакль, еще идут премьерные показы (первые 10 спектаклей). Есть концертная программа, которую я буду развивать - "Танцы дивного народа", про кельтскую нечисть, всякий эльфятник. Вот наш спектакль, он еще в работе, доделывается до сих пор. В ЦДЖ (Центральный Дом Журналиста - прим.) все-таки была маленькая сцена, а вот в конце апреля у нас будет спектакль в МТЮЗе (Московский Театр Юного Зрителя - прим.), так что было бы здорово, если бы
пришли зрители посмотреть его на большой сцене.


Каким материалом вы еще будете заниматься?


ПМ: Российским. Соскучилась я. Домой хочется. Я думаю, это и танцовщикам было бы интересно. Я вот сейчас немножечко давала материал из Болгарии и Украины, народ очень оживился. Ирландия у меня все равно нетрадиционная. В общем, это, конечно, riverdance style, но это все равно то, как танцуют Ирландию русские. Все, что попадает на нашу землю, тут же обрастает какими бы то ни было подробностями, о которых даже сами ирландцы не подозревают.  Если я по первости еще думала, что надо хоть кельтских розеток придерживаться, то "DODG" "(шоу "Dancing On Dangerous Ground" - прим.) мне руки развязал окончательно. Я посмотрела и подумала, что если кто-нибудь что-нибудь мне скажет, то я отвечу: "Да? А вот онииииии....". Это стилизация чистой воды, причем это нормально. Я считаю, что материал должен развиваться. Я как балетмейстер развиваю его так, как мне это интересно. А наше шоу - это спектакль, сюжетный...

А кто придумывает сюжет?

ПМ: Я. А я у нас - всё.

Нам очень понравился сюжет того шоу, что мы видели. Всё ясно и без программки.

ПМ: Это очень приятно слышать ,потому что я боялась, что вдруг будет непонятно.

А костюмы?

ПМ: Костюмы, в общем, тоже я придумываю. Ну, мы начинаем покупать ткань, у нас есть человек, который шьет костюмы - она может что-то подсказать. Но в общем и целом, костюм выдумываю я. Либретто выдумываю я, только отдаю его на редакцию.

И музыку подбираете...


ПМ: И музыку подбираю я.


И зовут Вас - Майкл Флетли?


П М (смёётся).

По какому принципу подбирается музыка?



ПМ: По разному. У меня вот очень здорово получилось с "бриллиантовыми собачками" - первое испытание героя. Я думала, что это будет тинкер-джига в первом кейли-блоке, а в результате тинкеры танцуют танец "пиво" (с кружками).
В конце концов  я поняла, что это что-то не то, сделала на одного солиста шесть девочек, и к концу постановки поняла, о чем речь. На самом деле, иногда не знаешь, что хочешь сделать. Иногда знаешь. Так у меня было с последним испытанием героя. Я пошла на это, взяла музыку из "Lord Of The Dance", хотя мне ужасно этого не хотелось, но она настолько соответствует моему замыслу, что я ничего не могла сделать. А акапельный степ - второе испытание героя - я же и композитор.


Да, мы сначала видели это на кассете с концерта 1-ого декабря... нелегальные записи...


ПМ: Понятно. Уже пиратские записи. Что ж, приятно.


Были бы лицензионные - мы бы их купили.



ПМ: Ну вот, так я не нашла музыку - думаю, что делать? Сделала акапелу.


А номер "Танец в городе"?



ПМ: Это вообще первый степовый номер в "Lege Artis"". Причем я его сразу задумала, как город. Кстати, он  есть в двух вариантах. Есть "Military Scottish step reel", мы танцуем все такие суровые, серьезные, а есть в варианте города, который идет в спектакле.  Судьба у номеров разная. Иногда задумываешь одно, а получается все иначе. В кейли-блоке первый перепляс фермеров и тинкеров, например, переделывался раз семьсот. То есть, когда я прихожу на репетицию, все уже делают ставки, сколько номеров дойдет непеределанными до следующего спектакля.

Как в букмекерской конторе!

ПМ: Ну да, можно и так сказать (смеется).


Да у нас уже музыка из танца с крУжками (а мы его называем только так) ассоциируется только с номером в исполнении "Lege Artis".


ПМ: Меня вдохновил "DODG" на этот танец, честно говоря. Это шоу пользуется большой популярностью у нас в коллективе. Это последняя такая большая подсадка. Я не снимаю движения, не копирую ни одной комбинации. Даже если я начинаю снимать классическую комбинацию из того же "LOTD"или "Riverdance", я забываю о ней через секунду.


Расскажите немного о концерте 28-ого апреля, который состоится в МТЮЗе.



ПМ: Это первый концерт именно в театре. В сборном концерте мы и в Кремлёвском Дворце Съездов  участвовали, нам не в первой такие площадки. Но со спектаклем - первый раз.


А самое первое выступление было когда и где?



ПМ: Здесь,
в ДК "Серп и молот", 12-ого марта 2001 года, в день рождения коллектива. Был концерт для ветеранов труда.


Ну и как ветераны труда отреагировали?



ПМ: Нормально, да. Было всего три номера, такой сборный концерт
, в котором мы принимали участие.  Тем не менее, было достаточно мило, забавно, и к тому же люди первый раз вышли на сцену.


Когда в конце шоу вы выходите, что Вы чувствуете? Что испытывает человек, который знает, что все эти люди хлопают ему, его таланту?



ПМ: А это вот те самые три минуты славы, которые мне всегда приятно пережить. Я очень с большим уважением отношусь к людям, которые приходят к нам на шоу. Мы для зрителя работает, это наш судья и наш Бог. Нет ничего приятней, когда люди искренне аплодируют. За своих танцовщиков я очень радуюсь. Перед концертом у нас всегда медитация, где я говорю ребятам: "Сколько в вас есть любви, отдайте ее залу, и она к вам вернется. Тогда это все будет по-настоящему". Я люблю, чтобы все так было, как в настоящем театре. У нас даже интриги всякие есть. Но все это ничто по сравнению с тем, что люди получают, выходя на сцену и даря эту радость другим. Конечно, у меня был жуткий шок, когда я только выпустила спектакль 1-ого декабря - это были слёзы, переживания.

То есть у вас не было больше выступлений после того первого?


ПМ: Нет, ну у нас были какие-то концерты. Но спектакль... вообще это выматывает. Я вот очень люблю группу "Бон Джови", и я помню, как мы с подругой сидели и смотрели их гастрольный тур, и как я завидовала им, что они живут такой жизнью. Сейчас я тоже живу такой жизнью, имею ее в полном объеме. Но с другой стороны, я уезжаю в отпуск, первую неделю я лежу пластом, а потом чувствую, что мне
чего-то не хватает. К концу второй недели я начинаю себя держать, потому что мне надо отдыхать, надо, надо, Полина, чтобы приехать к детям отдохнувшей. А дети-то, как выясняется, в мое отсутствие тоже ходят, занимаются. Наркотик! Люди очень любят танцевать, и мне это очень приятно.

А те, кого мы видели на сцене - это ведь не все, кто учится в "Lege Artis"?

ПМ: Нет, не все. Это основной состав, занятый в репертуаре. Есть люди, которые пока не участвуют в репертуаре. Есть первый класс,
который начал заниматься  8 месяцев назад.  Но из первого класса есть люди, которые тоже будут танцевать в шоу. Если человек приходит и начинает вгрызаться в дело, то у него все получится. Если я вижу, что человек потенциально может быть во втором классе, и если он за это цепляется, то он выйдет на сцену.

А сколько всего человек танцует?

ПМ: В шоу занято около 35 человек, а вообще около ста.

А остальные 65 ненавидят этих 35?

ПМ: Нет, вот, кстати, что мне приятно, люди искренне восхищаются успехами других. У нас есть профессионалы, люди, которые занимаются в балетных школах, и они здесь пользуются большой любовью, их любят все танцовщики, задают вопросы им, и девчонки всегда рады им помочь.

Большая семья?

ПМ: Да... так и есть. Вчера вот наша Настенька Ротарь, потрясающая танцовщица, которая пришла в студию 13-летней девочкой, отмечала здесь день рождения. И эта любовь была видна. Семья, да. Дети мамой называют. "Мааам!", несется такой крендель ко мне здоровенный! Взаимоотношения сложные, но это нормально! И нет такого, чтобы гвозди в балетки подкладывали.

Вот когда приезжало шоу "Rhythm of Dance", мы не совсем поняли, почему же "Lege Artis" не танцует на таких площадках? Есть ли у вас такие планы?


ПМ: Нужны спонсоры под это дело. Все-таки коллектив большой, вывезти такой спектакль очень сложно, там ведь заняты еще вокалисты, музыканты, свет,
звук. На это нужны деньги. Мне говорят: "Полина Ивановна, а Вы не пробовали искать спонсоров?" Но бесполезно приходить к человеку и доказывать ему на словах, что ты гениальный балетмейстер. Вот сейчас я могу пригласить кого-то, кто может посмотреть и решить, что в это можно вложить деньги. А до этого - просто нереально. Вначале нужно доказать, что ты на что-то способен - сделать что-то из пыли, вот вы же видите, например, в каких условиях мы занимаемся.

Конечно, мне хочется в Московский Дворец Молодёжи...Конечно, я очень хочу в КДС. Да я мечтаю об этом! Я нормальный человек. Я не была бы творческим человеком, если бы у меня было намертво отморожено честолюбие. Это такая профессия. Конечно, мне этого всего хочется. Я не могу вот такое вот как "Rhythm Of The Dance"... .я бы сгорела со стыда! У меня не поднимется  рука... Мои танцоры- вот они всем так нравятся, но они огребают таких... Я их бесконечно ругаю! Или я вообще ничего не говорю, что еще страшнее, а делаю ТАКОЕ лицо! Да, я на них ору, а у меня, в общем-то, хорошая школа. И все равно мне этого мало. А вот это (имеется в виду "ROTD")  - да со стыда провалиться. У них же золото  под ногами, неужели пример Майкла Флетли не вдохновляет? Ему вообще памятник должны поставить платиновый. Он вытащил Ирландию. Кто бы вообще знал эти танцы без него? Если теперь даже в фильмах про террористов фигурирует такая фраза как "мы будем известными как "Riverdance!". Я как-то пришла домой, отдохнуть от Ирландии, включаю телевизор, а там - Брэд Питт. И тут эта фраза. Вот мерило у людей. Это очень здорово, приятно. Мне, например, очень обидно, что мы делим базу с "Березкой". Это наша
родная культура, наше российское. Я пытаюсь вдолбить в головы своих, что это удивительная культура. Я помню, как у меня на приеме в Ирландском посольстве в честь "LOTD" взыграло национальное самосознание. Ведь у нас позиций рук только до 50 штук. А у ирландцев всего три. Притом, что я люблю все народные танцы. Но мне обидно, --- например, что наша "Березка" - замечательный профессиональный коллектив, репетирует практически в тех же условиях, в том же ДК, что и мы, хотя танцует не хуже ирландцев и имеет большой успех у зрителей, особенно заграницей.


Если бы вы со своим коктейлем качеств жили бы за рубежом, вы думаете, что известность "Lege Artis" была бы больше? Наверное, если бы Флетли жил в нашей стране,  вряд ли бы он добился такого успеха, как сейчас.

ПМ: Честно скажу,  девчонки, не знаю. Он человек, которым я восхищаюсь. Человек, который распространяет вокруг себя столько любви! С ним было настолько приятно находится рядом, общаться. Он удивительный человек. И очень мощный. Он не подавляет, что очень важно в лидере такого плана. Он распространяет свет вокруг себя. У меня создалось даже такое мистическое впечатление. Когда случилась история с орд-остом",
в котором  иридановцы сидели, мы за них  очень переживали, и я была уверена, что в ридане" никто не пострадает, так как любовь, которую распространяет Флетли, осталась в этих стенах. Он очень неординарен. Мне кажется, что даже здесь он был бы Майклом Флетли. Он очень сильный, он притягивает людей.

Он ваш кумир в мире танца?

ПМ: Я даже не могу сказать, что Флетли - кумир. Учитель у меня Юрий Григорьевич Деревягин - мой учитель настоящий, который мне говорил: "Полина! Учи народные!". Я хотела танцевать классику, я вся такая балетная. Он меня видел
насквозь. Видел, что мне это будет интересно. И когда у меня появился коллектив, я его, естественно, позвала на свой семинар. Педагоги же относятся к ученикам своих учеников, как ко внукам. Вот сейчас я повезу одну ученицу показывать педагогу. Доросла. Вот Деревягин - это мой учитель. А Флетли - я даже не могу объяснить свое отношение к нему. Это коллега. Конечно, коллега, достигших невероятных высот, но у меня нет перед ним преклонения безумного. Я на него смотрю достаточно трезво при всем при том, что я им искренне восхищаюсь. Кумир - это Игорь Александрович Моисеев. Это вершина народной хореографии, наш Моисеевский ансамбль. Мариинский театр и Моисеевский ансамбль - это высочайшие планки для меня в хореографии. Ирландцам было бы неплохо поучиться в России вообще. У нас все-таки самая лучшая школа. Такой школы народного танца нет больше ни в одной стране мира, поэтому мои танцовщики развиваются гораздо быстрее.


А вот насчет других шоу ирландских - вы их смотрели?

ПМ: Не все. Не хочется портить себе  уже сложившееся, в том числе под влиянием постановок Флетли, мнение об ирландском танцах.

Полина Ивановна, жизнь удалась?



ПМ: На сегодняшний момент я ею довольна, и хотела бы идти дальше. Не хочется стоять на одном месте.


Как вы расслабляетесь после трудного рабочего дня?



ПМ: Я домой прихожу в половине первого ночи и распластываюсь перед телевизором.


А там фильм про ирландских террористов...



ПМ: Да, и я думаю, ну хоть денечек про ирландщину, ну хоть два часика какого-нибудь бразильского сериальчика (смеётся). По номиналу, в принципе, у меня есть выходной... но по-хорошему..то... надо на примерку кого-то везти или еще что-то делать.... Мы, в основном, расслабляемся после шоу. У нас в "Lege Artis" традиция. После концерта мы идем в бар "Рози О Гредис" и "гуляем" там.


Какие человеческие качества вы абсолютно не приемлете?


ПМ: Ложь. Я не люблю вранье, не люблю. Я не понимаю человека, который лжет. Это распространение цинизма какого-то. Такое ощущение, что в грязи изваляли, очень неприятно. Не люблю хамства. Не люблю халатного отношения к работе. Меня все знают, я деспот, я тиран. У нас диктатура, я - Пиночет. На две недели перед шоу танцовщики становятся моими рабами. Я этого не скрываю. Если ты подписался, то надо работать. У меня нет каких-то завышенных требований, эти требования выполнимы в любом самодеятельном коллективе прошлого. В Совке были свои плюсы - это была развитая самодеятельность, откуда потом даже отбирали в профессиональные коллективы. Обычно это срабатывает, человек выходит на сцену, он ею травится, а потом ему уже нужно догнаться. Если танцовщик мне дорог, я буду за него бороться. Вообще у нас много разных ситуаций бывает. Ко мне приходят и посоветоваться и девчонки, и парни. Я же,  помимо всего прочего, еще и жилетка. И разводы, и чего здесь только не было. Вот поженили недавно парочку. Все это на мне. Я на себе несу этот груз как родитель. Я с людьми быстро нахожу контакт, у нас семья.


Хотелось бы задать вопрос как раз в связи с этим. Вы ведь человек очень занятой, Вы приходите в половине первого ночи, Вы постоянно работаете, а как насчет своей личной жизни?

ПМ: А я считаю, что это все дело наживное. Я человек абсолютно  европейский. В Европе это (в смысле, женитьба) происходит весьма и весьма ближе к сорока. Поскольку до сорока мне еще далеко - а это, кстати,  пенсионный возраст для танцовщика, для артист а балета ......


Ну в итоге-то, жажда деятельности и в сорок не пропадет? Какой человек способен это выдержать?


ПМ: Ну я знала, на что шла, я очень люблю свою работу. Театр - это жизнь такая, что скучно никогда не бывает. Меня это не напрягает. Я думаю, что если очень надо... но люди, конечно, не выдерживают. И начинается:"А, пойдем со мной туда-то,  туда-то. У меня день рождения".. Ну что мне делать, если у меня день рождения коллектива в этот же день?! В итоге я тоже срываюсь: "Я же не развлекаюсь, я работаю!" Но это объяснять бесполезно. Понять это может точно такой же. Это диагноз, и он записан в дипломе - педагог-балетмейстер. Плюс ко всему это и половая принадлежность (смеётся). Вообще, это профессия мужская абсолютно... мои драгоценные хлопцы-третьеклассники иногда начинают мне что-то вешать... учить меня уму-разуму... это элитные мальчики, я их просто обожаю.


А кого больше  у вас в студии?

ПМ: Девочек, к сожалению (смеётся). Зато мальчики - любимые. Садятся мне на голову и болтают степками. Они - фаворитский корпус. Это пять моих обожаемых мальчиков, которые получают больше всех, огребают по полной программе, но они знают, что я их очень люблю. Да я вообще очень люблю своих учеников. Это любовь.


А что обозначают слова "Lege Artis"?


ПМ: "По всем правилам искусства" в переводе с латыни. Я не хотела заморачиваться на ирландском названии, потому что я  как хореограф не люблю ограничиваться одним направлением только. Вот сейчас готовится румынский номер. Премьера как раз будет в спектакле 28-ого апреля.

Полина, мы в начале октября беседовали с Игорем Денисовым, и он произнёс фразу о том, что кроме школы "IRIDAN", не больше школ ирландского танца. Для нас это была просто фраза, но на форуме нашего сайта появились гневные выкрики в адрес Игоря, что он, мягко говоря, нескромен...

ПМ: Вы будете смеяться, но то, что он сказал - это святая правда. Он идет по стопам ирландцев. У него школа именно ирландского танца. Игорь непрофессиональный танцовщик, он не может вести по другой методе. Он не знает, как это делается. Он может только снять то, что есть на видео. У меня не школа ирландского танца. Когда мне принесли это интервью, народ начал вставать в боевую стойку, на что я им сказала, что это чистая правда. У нас студия народного танца. И помимо всего прочего, я с Игорем не ссорилась, я должна быть ему благодарна, потому что от него  ко  мне пришли ученики в "Lege Artis", который таким образом и возник.


Милица А.: Это очень по-доброму Вы так сказали...

ДД: Ага... с большой любовью к Игорю Денисову...



ПМ: Он меня звал преподавать ирландские танцы. Бесплатно. А я так удивилась, говорю: "Игорь, а я что, не ем?" Он говорит: "Ну ты же это очень любишь!". У людей нет понятия, что это профессия. "Вы так хорошо танцуете, а кем вы работаете?" Но мне с Игорем делить нечего, у него своя свадьба, а у нас - своя. Мы совершенно разные коллективы, изначально не похожие по всему. По подходу к материалу, по работе с этим материалом. У нас нет точек соприкосновения, кроме ирландской. Я не могу сказать, что я к нему отношусь с какой-то сумасшедшей нелюбовью, просто мне странно, что человек, не имеющий специального образования, преподаёт. Ну... это все равно что я пойду сейчас преподавать компьютерное дело. Я за компьютером два раза в жизни сидела.


А идея фестиваля 9-ого марта - хорошая?



ПМ: Да, я считаю, что идея очень хорошая. Игорь молодец, что его сделал. Идея очень хорошая, учитывая то, что она изначально моя.


Милица А.: Мне кажется, что это всё же Майкл Флетли сидит перед нами...


А вообще, вы довольны тем, как прошел фестиваль?



ПМ: Да, я довольна. Моя мания величия удовлетворена. У меня было, правда, впечатление, что заела фонограмма. Берётся шаблон "Riverdance", танец ставится по нему, такая же музыка и все...


Нужен ли этот фестиваль вообще?


ПМ: Да, нужен. Надо посмотреть друг на друга. Просто беда в том, что однообразный репертуар. Надо пересматривать свое отношение к данному материалу. Мы там были, как белые вороны. Мы нетрадиционные ирландцы, у нас не по-ирландски все сделано и т.д.


А средний возраст у вас в студии  какой?



ПМ: Есть школьники 13-14 лет, и есть люди и постарше. В основном, студенты, между 20-ю и 25-ю годами.


Вы не планируете учить маленьких детей?


ПМ: Я - нет. Только если будет другой педагог. Я педагог старших классов, в профессиональных школах я веду курсы взрослых, в институтах преподаю.


Вы еще где-то преподаете? А в Ваших сутках сколько часов?


ПМ: Да, я преподаю в Институте современного искусства. Сейчас у меня выпуск класса. Девочка одна у меня танцует в шоу, она учится в лицее и будет выпускаться как артистка балета.

Потом у нас на форуме появится фраза "Ну ваша Меньших раскидала пальцы"...

ПМ: А я в последнее время решила, что скромность - это плохое качество. На фоне последних событий, приезда "ROTD"... Я тут стою как-то на остановке вечером, еду из МТЮЗа. После МТЮЗа я еще заезжала в Охотный Ряд, потому что для меня
невероятная сложность просто адская - это то, в чем я выйду на поклоны. Я каждый раз выдумываю наряд. Потом стою на остановке, какие-то алкаши рядом, все жуткое, зачуханное, и я думаю: "Ё-мое, у меня собственное шоу, в МТЮЗе, в центре Москвы, а тут.... кошмар какой-то".


Милица А.: Ну да... Я, мол,  только что из Охотного Ряда....


ПМ: Да, вот именно.


Какой костюм будет на выходе 28-ого?


ПМ: Это тайна. Великая! (смеётся).


Что расстраивает пока Вас, кроме того, что на остановке  тусуются алкаши? Или что пугает?


ПМ: Очень сильно расстраивают травмы. Я очень переживаю за танцовщиков, за своих или чужих. Переживаю халатное отношение, такое что типа я уже звезда, я все знаю. Но травмы пугают больше.

Ну это же естественно...

ПМ: Да, конечно, но все равно.

Самое яркое выступление, которое вам запомнилось?

Да у меня все премьеры вызывают обильное слезоотделение. Это, пожалуй, единственные моменты, когда меня можно видеть плачущей, потому что я себе этого не позволяю вообще, потому что я лучше объемся чего-нибудь ужасного. Хотя на самом деле - нет, только кока-кола, сигареты, кофе. Приходится держать большую толпу людей, это огромное напряжение и
все равно надо держать себя в руках, не позволять себе расслабляться. Но я, конечно, живой человек. Могу сорваться, наорать, гадостей наговорить, а еще могу методично изводить человека. Вот солист мой, Назаров, регулярно последнее время опаздывает на репетиции, это меня подтачивает, у меня накапливается нервное напряжение. В какой-то момент я срываюсь. Я могу даже не орать. У нас здесь вообще редкий скорповник - по знаку зодиака - поэтому атмосфера иногда напряженная. Сплошной террариум. Третий класс, когда приходят новенькие... это начинаются откровенные "пальцы",  я убеждаю первый класс не пугаться, выдержать и отнестись к этому с чувством юмора. Кто проходит тест, того "элитный полк" сразу принимает.

А Вы танцами вообще рано стали заниматься?

ПМ: Да, с девяти лет.


А могли вы себе представить, что Вы будете преподавать, что будет своя студия?


ПМ: Я всегда  хотела быть балетмейстером. Вот Геннадий Васильевич Ледях (надеюсь, что он придет на наше шоу)... у нас был полупрофессиональный статус. Буквально мы год отзанимались и поехали в пионерский лагерь. И там тоже занимались. И он спросил тогда, кем мы хотим быть. Это важно, потому что взаимоотношения хореографа с учеником очень глубокие, это очень тесный контакт. Я тогда сказала, что хочу быть, как он. Я так думаю, что Ледях не совсем понял, что я имела в виду. Я хотела быть именно тем, кто я есть сейчас. Я помню первое ощущение от того, что "из миража, из ничего, из сумасбродства моего" вдруг что-то стало получаться. Первая моя постановка была в институте, кстати, хорошая. У меня там, в голове, это все родилось, и я
и я потом вижу, что это смотрится, что задуманное действительно получается.



Вы точно -  Майкл Флетли, он ведь тоже призывает следовать за своей мечтой.


ПМ: Он очень правильно это сказал. Надо все ярко себе представлять. Я не знала, как это будет, что это будет. Но я знала, что это точно будет. Это тоже какая-то данность, кто-то умеет считать, а я вот - нет. Каждый человек рождается с какими-то своими способностями. Надо очень поверить в то, что ты делаешь. Надо очень любить свое дело, иначе
ничего не получится. По-другому никак нельзя.

А вы сами из Воронежа?

ПМ: Нет, я москвичка, просто там - лучшее народное отделение в России. Я даже не знаю, Моисеевская школа лучше или воронежская.


А Ваши родители гордятся Вами, приходят на шоу?


ПМ: Во-первых, у меня театральная семья. Все свое детство я провела в театре. Я могу какие-то вещи организовать, потому что я знаю, как это сделать. Я ездила на гастроли. Мама у меня бывшая артистка балета, а сейчас она работает в камерном театре у Бориса Покровского - одного из величайших оперных режиссеров. Он тоже был для меня примером, я хотела быть как он. Папа имел сценарное образование. Надеюсь, он гордится мной с небес. И вот сочинительство и любовь к танцу соединились во мне. Спектакль 28-ого апреля я хочу посвятить своим родителям. У папы месяц назад был день рождения. Мама
хотела мне спокойной жизни артистки балета, чтобы у меня был свой гримировальный столик... но при всем при этом у меня дома кроятся сейчас костюмы на новый номер в шоу. Мама и тетушка мне помогают. Семья скорректировала мое будущее. Я сова, я театральный человек изначально по своему мироустройству, мироощущению. Для меня это нормальный режим и естественное состояние. По-другому я бы не могла существовать. Вся моя жизнь шла для этого. Я не знаю, чем все это кончится. На сегодняшний день "Lege Artis" - это самая большая авантюра в моей жизни. И я рада, что сделала ставку на самодеятельность.


И Вам сейчас хорошо?


ПМ: Да, мне хорошо.


Флетли сказал, что каждый раз, когда он взбирается на вершину, он видит
перед собой новую вершину.



ПМ: Да, конечно. Предела нет. Каждый раз понимаешь, что ты там не дотянул, здесь тоже. Даже если смотришь свой собственный номер - везде видишь недоработки.


Несколько провокационный вопрос. В конце фестиваля, когда был финальный танец, танцоры школы "IRIDAN" вышли последними на сцену и закрыли собой весь "Lege Artis", заметили ли Вы это?


ПМ: Конечно, заметила, но мне к тому времени уже было хорошо. Было уже все равно, "Lege Artis" себя показали, они уже были настолько собой довольны. Большая сцена, фейрятник мой распрыгался, свет там поставили, в общем - все замечательно. Мы получили большое удовольствие. Это, конечно, было не политкорректно, но дело все в том, что нашу песню не задушишь, не убьешь (смеётся). "Публика рассудит, кому первенство отдать", кто делает искренне, а кто нет.  Зрителя нельзя считать за дурака. Надо все делать искренне и красиво.


Можно ли это отнести к вашему жизненному кредо?



ПМ: В общем, да. В танце всегда видна искренность. Я как зритель это вижу. Хотя я, конечно, зритель мерзкий. Мы вот пришли на "LOTD"... ну что такое это без Майкла? Мы языки - раздвоенные - выпустили и вперёёёёд! Любой балетный театр, любое шоу... я не ковыряюсь разве что в Мариинке и в ансамбле Моисеева. Там мало к чему есть придраться.


На концерте 28-ого будет ли нормальная камера?



ПМ: Я надеюсь.


И на Горбуху, да? Там есть ирландские точки, так что только в путь...


ПМ: Конечно, было бы здорово... но ведь надо снимать сначала без зрителей, потом со зрителями, а наши средства достаточно ограничены. Нам бы штук пять камер, да штук десять баксов. Десять тысяч долларов решат все последние проблемы "Lege Artis" (смеётся).


Можно ли ЭТО отнести к вашему жизненному кредо?


ПМ: Скорее, это крик души. Конечно, мне хотелось бы, как Мадонна - все успевать делать. Или как Бон Джови тот же. - Ведь не столько голосом он завоевал публику, сколько энергетикой,
правильной подачей себя.  Музыка его - попса и есть попса. Но у него есть именно организаторский талант.


Надо ирландские танцы уже ставить под музыку "Бон Джови".


ПМ: Да, 9-ого ноября у меня День Рождения, и ребята традиционно делают капустник. И вот последним номером они, что называется,  "прокатили" мой танец. Над бриллиантовыми собачками все издеваются.  Выходит мой фейрятник, танцует вначале, как положено, и периодически все это перемежается музыкой Бон Джови. Народ отрывается и развлекается и это очень приятно. Приятно отношение учеников. Во время репетиций здесь тоже  Бог знает что происходит - просто анекдот!


И ко всем качествам, необходимым для руководителя, нужно отнести и чувство юмора?


ПМ: Конечно, без этого просто нельзя, не выжить.


Какими путями узнают о школе?


ПМ: Самая лучшая реклама - ОБС (одна баба сказала).

Ну да, так называемое "сарафанное радио". Спасибо, Полина, за встречу, что Вы хотели бы пожелать тем, кто будет читать это интервью?

ПМ: "Люблю, целую, жду на спектаклях Lege Artis"

MFRV (Милица А, ДД), Аll rights reserved (c), 13.04.2003.
Несогласованное использование данного материала, равно как и его отдельных частей, будет жестоко караться.
MFRV благодарит Дениса Степанова ака Aente за неоценимую помощь в организации интервью..

***

 

 

 

 

 

 

 


Полина Меньших в разговоре активно использует профессиональный сленг русского балетмейстера - балетная терминология и её разговорные вариации. Также особое место занимает внутристудийный сленг и фольклор. В студии все номера имеют исторически сложившиеся внутренние названия, происхождение которых постепенно обрастает байками и легендами. "Официальные" названия из программок студийцы в жизни практически не используют. Комментарии не излишни:)

1. Высокие полупальцы (хореографическое) - когда человек танцует на самых мысочках, на цыпочках. На пальцах  танцуют балерины в пуантах.  Мы же с вами обычно ходим на "полной стопе".

2. Выворотность стопы - естественная способность стоп стоять пятка к пятке, находясь на одной линии. Т.е. не | | или \ /, а - -. Зависит от природного строения суставов.

3. Кельтская нечисть - многочисленные существа из Волшебной страны сказок и легенд Здесь - танцы, рассказывающие о жизни этой самой "нечисти".

4. "бриллиантовые собачки" - номер "Перетанцуй моих красавиц!" В тусовке называется так потому, что танцовщицы исполняют номер в "ушастых" шапочках, украшенных брильянтами. Хм... интересно, настоящими?:))

5. Тинкер - в ирландской литературной традиции: бродяга, искатель приключений

6. Джига - ирландский танец (музыкальный размер 3/4)

7. Кейли-блок - студийное название первого действия спектакля. Кейли - традиционный сельский праздник музыки и танца в Ирландии и Шотландии.

8. "Пиво" - студийное название "Пивного рила" - танца тинкеров с пивными кружками из первого действия спектакля.

9. Опора на руки в прыжках - традиционна для классического и народного танца (например, русского). Движения рук как бы помогают танцовщику зависнуть в воздухе, поддерживают его в момент прыжка.

10. Рил (reel) - ирландский танец (музыкальный размер 4/4)

11. Фейрятник (он же эльфятник) - танцовщицы-фэйри (эльфы) - волшебные существа из кельтских легенд.  Преимущественно, танцы второго действия спектакля.

12. Перепляс - соревнование танцоров. Каждый танцует свою партию по очереди, потом вместе.


 


 

 

 

Посмотреть poster "Lege Artis"

Обсудить интервью в форуме

 

 

 


Назад | Наверх




На главную
Новости
Биография
Факты
Об Ирландии и танцах
Просто о танце
Новости мира танцев
Танцевальные турниры
Ирландские песни
Форум

© Michael Flatley Russian Version 2002

 

 

 


Дт 75 звено гусеницы интернет магазин запчастей звено гусеницы 75. . Hart коммуникатор 475 цена: emerson 475 полевой коммуникатор metrol.su.